"НЕДОПЁСКИ": ГЛАВА 11. ДОМАШНИЕ ХЛОПОТЫ И ДРУГИЕ ПРИЯТНОСТИ. - РИДЖБЕК ДЖАРЕД - ЗАМЕТКИ О РИДЖБЕКАХ - Все о риджбеках - РОДЕЗИЙСКИЙ РИДЖБЕК | СЧАСТЛИВЫЙ РИДЖБЕК | РИДЖБЕК
"НЕДОПЁСКИ": ГЛАВА 11. ДОМАШНИЕ ХЛОПОТЫ И ДРУГИЕ ПРИЯТНОСТИ.
К утру
Джаред уже ничего не мог. Точнее, не мог самого главного.
Он-больше-просто-не-мог-хотеть-Дженсена. Он не думал, что так бывает на самом
деле; что присказка «похотливая, как кошка» - никакая не присказка, а самая что
ни на есть реальность. Что Дженсен, которого – по мнению Джареда же – он знал
как облупленного, может быть таким. Джаред ныл и жаловался, но вовсе не потому,
что было больно. Больно было в самом начале, потом он вроде подстроился,
растянулся, ему нравилось принимать Дженсена, и в этих неприличнейших
подставлениях, выпячиваниях задницы, задираниях хвоста обнаружился свой кайф,
тем более что Дженсен был осторожно нежен, сдержан и откровенно тормозил.
Но если сзади всё было просто зашибись, то голова отказывала Джареду напрочь.
Он не мог смотреть, он не мог нюхать, он не мог ощущать Дженсена рядом, Дженсен
был круче всех течных сучек, которые когда-либо Джареду встречались. Ладно,
сучек было не так уж много, и они в основном проходили мимо, но Дженсен был
вообще один. Один такой. Единственный.
- Я больше не могу, - Джаред пробормотал это на выдохе, почти засыпая от
усталости, - Дженни, стоп, иначе я совсем рехнусь.
Дженсен тоже выдохнул, накрывая его лапой и подгребая к себе.
- Это же будет не каждую ночь? – уточнил Джаред, зевнул и зарылся носом в его
горячую подмышку, напрочь забыв, что только что собирался отползти от Дженсена
подальше. Инстинкт самосохранения тоже отвалился куда-то, вслед за большинством
остальных инстинктов. От Дженсена несло случкой, соблазном и похотью,
джаредовским потом, его же слюнями, и от всего этого голова опять непослушно
кружилась.
- Нет, не каждую, - мурлыкнул Дженсен где-то над ним.
- Просто ты дорвался, да?
Джаред не спрашивал, а утверждал.
- Просто ты – самый лучший риджбек, - услышал он сквозь мутный сонный дурман и
заснул, довольно улыбаясь.
Кто бы сомневался – ему приснился Дженсен. Ночной Дженсен, в те разы, когда
Джаред отдыхал, а Дженсен крутился перед ним, изворачиваясь в совершенно
немыслимых позах, и гладил себя или лизал. Да, он мог погладить себя передней
лапой, подтягивая зад вверх, и Джаред просто очумел, увидев такое, и у него
опять…
Он терся во сне о горячего и уютного Дженсена, подскуливал и подвывал, но
совершенно не хотел просыпаться.
***
Его разбудил Дженсен, точнее, Дженсен осторожно отодвинулся, и голова Джареда
стукнулась об землю.
- Что?! – заполошно спросил он и вскочил. – Что?!
- Ничего, просто уже день, а у нас куча дел, - ответил Дженсен, тоже встал и
потянулся.
Джаред посмотрел на его прогибающуюся спину, на аккуратную задницу и вытянутый
хвост и сглотнул. Мысль про ночевку у воды начинала казаться ему весьма
перспективной.
- Каких дел?
- Ну, надо осмотреться. Что и как, мало ли. Потом – тебя надо покормить.
Хорошенько покормить. Кого ты хочешь больше, Джей – зебру или импалу (1),
например?
Дженсен вроде бы посмеивался, но глаза были серьезными.
- Не каждая охота бывает удачной. Иногда приходится целый день гоняться
впустую.
- Да ну?
Джаред удивился.
- А ты думал, все в саванне готовы подставить шею? Так что давай выбираться.
Пора.
Джаред встряхнулся, окончательно просыпаясь. Задница не болела, только зудела
немного, а вот с лапами было хуже. Они просто подкашивались. Но он сделал вид,
что и не через такое проходил и что всё под контролем, поймал теплую усмешку на
светлой морде и гордо пошел к выходу из пещеры.
Днем долина оказалась еще красивее, чем вечером. Ну, или почти такой же
красивой – Джаред не мог решить, когда она ему нравится больше.
Сейчас вода внизу была похожа на темное стекло. Только живое стекло – на
поверхности расходились круги, это били хвостами невидимые рыбы. Птицы галдели
и на противоположном берегу, и над ними, а из кустов перед пещерой с щебетом
разлетелась стайка мелких попугаев. Солнце висело прямо вверху, отражаясь в
воде круглой лепешкой.
Джаред весело ломанулся вниз, пить, Дженсен – за ним, они немного побарахтались
у берега, распугав мальков, потолкали друг друга в воду, поотряхивались, и
Дженсен со своей гривой вымочил Джареда так, словно тот опять искупался.
Вода чуть приглушила ночные запахи, оба принюхались и усмехнулись. Обоим стало
проще.
- Ну что, дела или еда? – спросил Дженсен.
- Дела, - солидно, как и полагается Хозяину Долины, ответил Джаред, решив, что
перехватит чего-нибудь, пока они будут заниматься Очень Важными Делами.
- Тогда пошли, - Дженсен довольно кивнул - значит, Джаред выбрал Правильно, и
они отправились вверх по склону.
***
Вокруг их Дома была Великая Трава. Много-много Великой травы, еще свежей, не
опаленной солнцем, еще сытой после Времени Дождя. Трава росла на равнине, а
потом становилась лесом и поднималась по далеким холмам, в Траве росли деревья,
кучками, примерно как в их долине вокруг воды. По Траве бродили звери,
некоторых из них Джаред знал, некоторых видел впервые и разглядывал,
прищурившись. Дженсен довольно тянул носом, косился на стадо зебр, пасшееся
совсем неподалеку от долины, и неторопливо облизывался.
- Хорошо, когда много еды, - довольно заметил он, - но сейчас не об этом.
Смотри.
Он качнул головой вправо и влево, обрисовывая какой-то непонятный пока Джареду
круг.
- Это – наша территория. Когда здесь жил Прайд, она была больше, конечно, но
нам хватит и этого.
Джаред осмотрелся еще раз и хмыкнул.
- Так много и всё наше?
- Это немного, - сказал Дженсен. – Это - то, что понадобится, чтобы нормально
охотиться и выжить. И мы с тобой должны это пометить. Сегодня.
Джаред огляделся еще раз.
- Дженни. Это неописуемо.
Дженсен засмеялся, раскатисто и громко, так что несколько зебр насторожились,
приподняв головы.
- Тут много воды, Джей. Так что всё получится. Хочешь, еще попьем?
- Спасибо, я справлюсь, - с достоинством ответил Джаред.
- Те деревья, - Дженсен кивнул вниз, - можно пометить когтями. Вот так.
Он протянул лапу вперед, пальцы в мягкой шерсти сначала поджались, потом
распрямились, когти царапнули землю, и Джаред вспомнил, что это – тоже оружие,
а не… не…
- Тогда давай начинать, - прогоняя шалые ночные мысли, сказал он. – Кто больше?
- И не забудь, что тебя зовут Джей, когда начнешь знакомиться с остальными, -
предупредил Дженсен. – Ты же сразу начнешь - что я, тебя не знаю, что ли?
***
Он, конечно, был прав. Компания в саванне понравилась Джареду куда больше той,
что была в саду. Дженсен не подходил ни к антилопам, ни к зебрам, чтобы не
мешать ему, а Джаред носился между стадами, знакомился, осваивался, на бегу
пытался запомнить сто имен, - словом, чувствовал себя великолепно, даже когда
влетел лапой в нору суриката (2) – то есть Дженсен сказал ему потом, что
это была нора суриката, - влетел лапой в дыру в земле, услышал писк, испугался,
извинялся перед скандалящей мамашей и отступал, виляя хвостом.
Он слышал, как Дженсен фыркает, пытаясь не расхохотаться, где-то недалеко, в
Траве, доковылял до него, пожаловался, получил все необходимые утешения и
несколько абсолютно гнусных издевательских реплик в придачу, угомонился, и они
пошли рядом, степенно, как и подобает Хозяевам.
Зебру Дженсен загнал ближе к вечеру, когда Джаред, при всей его энергии, а
может, именно из-за неё, уже валился с ног. Это получилось с четвертой или
пятой попытки, Дженсен после каждого промаха виновато оглядывался, словно
просил прощения, возвращался к деревьям, на стволах которых теперь красовались
следы его когтей, и несчастно терся спиной о содранную кору.
- Давай поймаем кого-нибудь попроще, - говорил Джаред, но это было как просить
закатное Солнце остановиться. Дженсен уперся в добывание добычи, и сдвинуть его
было невозможно.
Джаред хотел ему помочь, но понимал, что больше помешает, поэтому терпел и
болтал с попугаями. Научить его охотиться в Траве Дженсен пообещал, но не
сегодня.
И хорошо, что не сегодня, потому что Джаред все-таки должен был привыкнуть. То,
что в Городе было его плюсами, в саванне оказалось полным нулем, и хотя зебра
была, конечно, вкусной, но её размеры и сила Дженсена, завалившего эту тушу в
одиночку…
В общем, это был другой, очень другой мир, в котором Джареду еще предстояло
освоиться.
Зато они оба за первый день устали настолько, что ни на какие ночные подвиги
сил не осталось. Дженсен тоже начал отключаться, сразу после еды, они сыто и
медленно добрели до пещеры и просто заснули, прижавшись друг к другу.
***
Проснулся Джаред в одиночестве и опять немного испугался. В Городе с ним такого
не случалось; здесь же, в саванне, он постоянно упускал Дженсена из вида,
словно тот умел растворяться в Траве или уменьшаться в размерах до
какого-нибудь суриката.
Джаред зевнул, потянулся, вылез из пещеры, вокруг было уже хорошо за полдень,
попугаи крикнули ему: «Привет, лентяй!», - и он спросил у них:
- Где Дженсен?
- Там, - проверещали попугаи в ответ, снялись с веток и полетели на другую
сторону холма. Вчера Дженсен туда не пошел, и Джареду было очень любопытно,
почему.
Он понял, почему, когда подошел поближе и посмотрел на склон.
Дженсен, не поворачиваясь, сказал:
- Доброе утро, Джей, - и продолжал смотреть вниз.
На этом склоне тоже росли кусты, а под ними лежало много чего-то ослепительно-белого,
выжженного солнцем саванны, странно и как-то знакомо изогнутого. Почему
знакомо, Джаред догадался мгновенно, взглянув на бок Дженсена. На склоне лежали
мертвые львы. Точнее, то, что осталось от мертвых львов после падальщиков, жары
и дождей.
- Гиены приходили, - сказал Дженсен и поморщился. – Твари, дорвались.
- Тебя нашли… здесь? – тихо спросил Джаред.
- Нет, Джей. Я ушел. Я нарушил Правила, струсил и ушел, я не хотел так.
Как будто он признавал свою вину за то, что выжил.
Джаред потерся о его гриву, успокаивая, хотя ему было очень не по себе.
Это место…получалось как кладбище, рядом с Домом, рядом с веселой свежей
Травой, которая пробивалась и сквозь скелеты тоже, но все равно в этом углу
правила смерть. И здесь не надо было ничего помечать.
- Твои родители тут?
Наверное, вопрос был неудачный, но Джаред столько времени ждал не отвлеченных
разговоров о саванне, а рассказа Дженсена о самом Дженсене или как там его на
самом деле звали? Он по-прежнему не знал его первого имени и почти ничего о его
прошлом, вроде как у Джефа Дженсен начал жизнь сначала. Но это было не так, и
даже если Трава скрывала какие-то его тайны, Джаред однозначно был настроен
Траву разрыть, выдернуть и выведать побольше.
Он уже знал, что львы живут в Прайдах. Ну, в компаниях вроде Стай, но Дженсен
еще в саду долго доказывал, что Прайд – это Семья, а Стая – это Стая. И сейчас
Джаред почему-то готов был согласиться. Хотя бы потому, что не знал своего
отца, а его мать родила новых щенков ко второму джаредовскому Времени Дождя и напрочь
забыла о них, предыдущих, занимаясь малышами.
- Отец – да, он заболел одним из первых, а мама… Мама … - Дженсен проглотил
слово, - … давно, до общей болезни, меня воспитывала тетка. У нас так принято,
только вот молока не хватало на всех. Потом, когда мы перешли на мясо, стало
полегче, хоть лапы начали слушаться.
Дженсен опять не хотел говорить о прошлом, но Джаред был рад и тому, что
удалось выцедить.
Саванна переставала быть игрушечной страной, где всем весело и всем хватает
места. Один рассказ заканчивался, начинался следующий, некрасивый и настоящий,
и Джаред был благодарен Дженсену, за то, что он не начал его сразу.
- Ладно. Ты же должен был узнать про это, - сказал Дженсен. – Просто помни, где
это место находится, и всё.
Джаред шел за ним и думал Очень Грустные Мысли. Над недоеденной ими вчера
зеброй кружили большие жадные птицы, а несколько темных теней, размером
примерно с Джареда, рванулись в траву, когда они подошли поближе.
- Гиены, - Джаред еще никогда не слышал, чтобы Дженсен говорил о зверях с такой
ненавистью. – Если хочешь есть, лучше раздобыть что-нибудь свежее. По дороге
придумаем. Пошли туда? - он кивнул в сторону далеких холмов. - Там точно
найдется кто-нибудь, кто тебя развеселит.
- Мне не надо веселиться, - сказал Джаред, - мне надо с тобой.
Дженсен впервые за день улыбнулся:
- Ну уж нет. Хозяин должен нагонять трепет, а не уныние. Так что давай
взбодримся.
- Дженни, - Джаред хихикнул, - а ты что, вот видишь меня и трепещешь?
- Трепетаю, - засмеялся Дженсен. – Но куда больше я трепетаю, когда слышу, как
на тебя орет сурикат.
- Подумаешь, - обиделся Джаред, но совсем ненадолго.
И они отправились к холмам.
***
Дженсен все-таки разговорился по дороге. А может, просто припоминал какие-то
места, связанные с прошлым. И Джаред не удивлялся тому, что тогда, давно, в
саду, Дженсен слушал, а в саванне - говорил. Говорил он коротко, словно
стеснялся своей болтливости, зато долина с Домом, Трава, холмы, которые
становились всё ближе, оказывались замечательными картинками, дополнявшими его
рассказы. Так получалось еще интереснее. К концу дороги они совсем
развеселились и… освоились, что ли? То есть Джаред решил, что лучше понимает
Дженсена, а что уж там решил Дженсен, он мог только догадываться, но хорошее
настроение искрило между ними, как маленькое солнце.
Даже звери сегодня не боялись их – зебры и антилопы поднимали головы, кивали и
провожали взглядами; буйвол вырос на пути неожиданно, как вонючая лохматая
стенка, выстроенная в Траве, но Дженсен только рыкнул, и буйвол-стенка
отодвинулся в сторону; мелкие зверьки выпрыгивали прямо им под лапы,
здоровались быстро и опять ныряли в норы или просто в Траву.
- Почему они сегодня такие? – спросил Джаред.
- Потому что они видят, что я сыт. Э. Мы сыты, - поправился Дженсен. – Потому я
тебя и позвал, у холмов будет самое веселье, если мы встретим кое-кого… - он
принюхался, прищурился, глядя вдаль, и уверенно закончил: - Встретим.
«Кое-кого» у холмов оказалось действительно много, и Джаред пришел в абсолютный
восторг.
Во-первых, там была вода, которая текла. То есть река. Еще полноводная, мутная
от огромного количества лап и ног, топтавшихся в ней с утра до вечера, но всё
равно – теплая и приятная.
Во-вторых, звери. Теперь долина у озера – несмотря на птиц и стада вокруг –
казалась ему пустыней или домом из Мертвого района, потому что текущая, длинная
вода собирала вокруг себя очень много кого.
У Джареда разбегались глаза. И лапы тоже. Ни один сад не мог сравниться с
водопоем в саванне.
Больше всего ему понравились, пожалуй, бородавочники (3) – смешные звери
со смешными мордами и смешными хвостами. Хвосты были чем-то похожи на
дженсеновский – кисточками на самом конце. Только бородавочники задирали их
вверх, к небу, и хвосты тогда напоминали маленькие флажки, которыми иногда
украшали Город.
Джаред вспоминал о Городе теперь именно так, не скучая, а сравнивая, и всё
складывалось в пользу веселой, шумной и свободной саванны.
Дженсен устроился в стороне от основной компании, вылизывал лапы, в гущу
событий не лез, разговаривал только с теми, кто подходил к нему, а потом и
вовсе задремал, разморившись на солнце. Джаред огляделся и решил: ничего
страшного в том, что он переберется на другой берег, не будет - уж больно его
заинтересовали деревья, росшие там на холмах.
1.Импала — африканская антилопа средней величины 2.Сурикат – небольшое млекопитающее семейства мангустовых. 3.Бородавочник – животное семейства свиней, назван так из-за шести бородавок,
расположенных на морде симметрично.
Категория: РИДЖБЕК ДЖАРЕД | Добавил: Гардиан (14.10.2010)
| Автор: Имя автора неизвестноW
